kultya

happy new year, my dear friends

2009-12-22T05:41:01Z

кончается год-мартиролог, год-весельчак,
виток вокруг Солнца, точно такой же как те,
что были и будут еще. Всего лишь порог на реке,
в конце строки точка, на пике танцующий флаг.

уходит, зануда-герой-провокатор-изменник-слабак,
непоседа-везунчик-убийца-мусорщик-врач или враг
у каждого – свой, но все равно общий у всех,
кому-то принес поражение, другому – успех,
и глупо, конечно, повесить на год всех собак,
мол, он виноват, мол, в следующем будет не так,
но кто же еще осмелится взять на себя этот грех?
Человек слишком слаб, в свете бенгальских огней,
во взрывах петард и даже в дешевом шипучем вине
видит он знак -- период закончился, прошлое терпит крах,
окружность дочерчена, брод перейден, Феникс сгорел дотла,
взяв наши ошибки с собой, но оставив нам новый шанс.

kultya @ 2009-12-17T09:44:00

2009-12-17T06:44:02Z

Женщина – здесь и сейчас, может быть и потом – мужчина,
в заветы закралась ошибка -- Ева была из глины
тугими узлами к земле привязана пуповиной.
Женщина – соль и песок, ветер и звук – мужчина,
каждый вздох у нее одинок, ему и слова -- причина,
чтоб истоптать сто дорог, желательно самых длинных.
Женщина знает все, что было, но больше – что будет,
И часто немую боль лелеет под левой грудью.
Мужчина шагает вперед, не глядя на раны и знаки,
И верит, что женщина ждет, его, как царя Итаки.

второе я

2009-12-11T06:03:47Z

Волны кусают за ноги замерзший берег,
Маяк ярким метрономом секунды мерит
И если сейчас кто спросит «а сам-то веришь?»
Отвечу тихо и без сомнений: «конечно, верю».
Ты снова пьян, и чушь опять себе ты мелешь,
Ты здесь один, зачем же врать о своей каре?
Одно лишь дело размышлений не приемлет –
Где взять еще, и, предпочтительно, по паре.
ласкают ритмично камни немые воды
с частотой шаги чеканящих военных на параде
знаешь, верное второе я, мы вместе годы
и прошу, не издевайся надо мной, не надо.
Да кому ты нужен, елки-палки,
Как напьешься, так про вечность или бога,
Мы не знаем ведь, кто в этом теле главный,
Мое дело -- задавать вопросы,
ну а ты ищи во тьме дорогу.

есть ли что-то хуже политики и политиков?

2009-12-02T05:54:01Z

тысячи людей в сером на съезде «Единой России» выступали на сцене, о модернизации говорили, рассуждали о будущем на фоне красно-бело-синем, обещали работать не покладая рук, не жалеть усилий, приближать светлое будущее, спорили до апоплексии все об одном и том же -- «как нам обустроить Россию», аплодировали громко, искали звезды в глазах мессии --и одного, и второго – находили, впадали в эйфорию,снова хлопали, просветлялись, слезы в зрачках месили. Разбредались по кабинетам, заряженные силой, полные проектов, снова думали, слова вспоминали, а в коридоре во время это посетители сидели со своими проблемами и мелкими делами. И опять все по новой – голову ломаешь, как обустроить Россию надо, а эти лезут и лезут: «помогите», «отобрали землю», «не найду управы». Хорошо хоть догадливые все – не с голыми идут руками, что поделаешь, раз отвлекаешь элиту от мыслей о судьбах державы, уж будь добр заплати – века существует подобный свод правил. Да и оба мессии вряд ли будут против, когда их верные холопы, всех себя отдающие партийной работе, стрясут бабло с очередных остолопов. Конечно же, на благо России, ведь и сами мессии не сразу просветленными стали, а тоже кому-то служили, носили, брали, давали, подставляли, принимали, зато сейчас они -- почти святые и вдвоем решают, куда нам стремиться и какой быть России.

про лягушек

2009-11-24T04:30:03Z

Бывшая плоскость живота превратилась в мягкую сферу,
Линия жизни из бесконечной прямой -- в короткий отрезок,
И зачем спешить -- последний все равно станет первым,
что тонуть в молоке, что взбивать его -- одинаково бесполезно.
В конечном итоге все упирается лишь в вопросы веры:
а)Кто твои идолы? б) что заставляют делать?
Чем сильнее зависимость от проверенных временем мнений,
Тем проще жить, отвечать на вопросы, пробивать стены.
А сомнения списывать на происки темных сил, дьявола козни,
Мысли лишние гнать как проказу, втискивать себя в схему,
Ставить на те же рельсы, по которым проехали миллионов сотни.

…И очнуться от скорости, открыть глаза, отыскать небо,
захотеть назад, чтобы все изменить – но уже слишком поздно.
Бесполезно взбивать молоко ради звезд, и тонуть – назло звездам.

параноик

2009-11-12T07:05:35Z

привыкать быть бедняком - дураком-то привык,
прикидываться слабаком, не оставлять улик,
если злиться – то только тайком, мало ли что,
возмущаться лишь шепотком, а не то…
видеть, как приближается новый тридцать седьмой,
заранее поднимать руки, громко кричать «я свой»,
выбрасывать белый флаг, который всегда с собой,
ждать, когда за тобой придут, с опущенной головой,
и, как вчера у соседа, обнаружат пакетик с травой,
экстремистскую литературу или патрон холостой.

Эти в сером найдут, будь уверен, в камеру путь простой.
И вспоминай теперь, что ты сделал не так, и когда.
Кто был тебе друг, кем стал враг, хотя,
любой, доживший до тридцати, во всем виноват
и достоин мгновенной отправки в тюремный ад.
(кто-то об этом писал – Камю или все же де Сад?)

уууу

2009-10-21T06:47:45Z

Ты любишь слова,
потяжелей и со смыслом,
они бьют как Рой Джонс,
апперкотом кладут на асфальт,
и быстрее, чем звук – еще не услышал выстрел --
замыкая логический круг, переходят в дела.

Мне ближе буквы,
гладкие буквы,
круглые буквы,
пустые и звонкие, словно ветер в высоких горах,
недотепы-щенки так и просятся в руки, т
оропясь на губах превратиться в открытые, длинные звуки,
«Ии-ээ-уу, оо-уу-аа»,
не мое это дело --
пусть их эхо и дети слагают в слова.

"ниверю" (с)

2009-10-15T05:57:49Z

Будущего нет, а прошлое забывается быстрее, чем успевает стать прошлым,
И в каждом дне, каждом рядовом из бессонных ночей полчищ,
Продираясь сквозь лень, в глупых сомнениях корчась,
Я мучаюсь больше, чем убийца в камере одиночной.

Ища себе применение хоть не по душе, так по телу,
Приходишь к одному финалу – или беленькая, или белый,
Нас таких миллионы – не ты первый, не ты последний,
Кто-то считает, что знает в чем смысл, но я им не верю.

Им, уверенным, радостно распродающим царство божье за десятину,то самое, принадлежащее нищим духом, «сегодня скидки – всего лишь девять с полтиной, с билетом в кармане спокойней, знаете, ждать конца и впрок набивать брюхо». Не верю и тем, кто зовет наслаждаться жизнью, которая, как там, у классика, «всего раз дается». Зачем тогда с детства тревожат нас поиски смысла, если все, оказывается, так легко и просто. Да и себе я верю, не больше чем глупцу, пророку, фанатику или звездам, Но будущего все равно нет, а менять прошлое уже поздно.

омно осеннее

2009-10-08T05:33:40Z

Черное облако город накрыло вороньим криком,
Осень-воришка скрипнула дверью черного хода
Утро по коже проводит рукою липкой
Одним поворотом ключа время меняя года.
Один щелчок кнопки – и в плеере та же «осень»
Так же разносит листья звуками скерцо
Из пирамид тополей исступленно строгает трости,
Чтоб одряхлевшему небу было на что опереться,
Небо – сутулый старик – опускается ниже,
Ищет поддержки у друга - холодного солнца -
Нет ему дела сейчас – падает небо на крыши
Карканьем сотен ворон объявляя: «все, осень».

el mar

2009-09-25T04:43:31Z

Я мог бы сбить тебя волной, засыпать песком, рыбьей забрызгать кровью,
Но почему-то только тихо шепчу у ног: «мы с тобой – одной соли,
Самой жгучей и терпкой соли».

И лаская ступни, прошу об одном – «запомни, море - «el mar» -- мужского рода».
Черное, Белое, Босфор или Гибралтар – во всех своих водах, во время любое года,
везде и всегда тебя ждал, щадил корабли, хотя нечем было заняться, терпел и других – толстых, крикливых, грязных, оставляющих после себя только пятна мочи – порой бушевал, но держался, ради тебя никого не топил, лишь качал на волнах - даже самых мерзких и жалких. Ждал много дней и ночей, стирая причалов камни, миллионы встречал людей, отражал в себе чаек, рвался к тебе и теперь…

обнимая колени, шепчу: «Мы с тобой - одной соли»,
ты в темноте погружаешься в волны все глубже,
И уже нет сомнений -- быть вечным морем
Куда хуже, чем рядом с тобой –
смертным мужем.

who am i, niggaz

2009-09-16T05:13:08Z

Я (опять это «я», это мерзкое местоимение), тот самый Никто, кем представлялся Улисс Полифему. И в зависимости от времени года, от настроения стремлюсь быть последним или стараюсь быть первым. Но получается чаще ни тем, ни другим – где-то посередине, в скоплении таких же никчемных и бесполезных – и этой компанией мы ко дну летим, по пути обсуждая собственные привязанности и болезни. И тут я соврал (опять это «я», это мерзкое местоимение), летят ко дну все – и сословные, и с уважением, и даже наместники бога, и скорость одна, точнее не скорость, а ускорение. Одна всем дорога – прямая -- в пункт «смерть» из пункта «рождение». И есть один шанс за время полета-падения, можно понять, осознать и решить, но не хватает терпения, кругом одно «я», самое гадкое местоимение. Когда долечу, исчезну и я (опять это мерзкое местоимение), и растворюсь с остальными в ретортах пространства и времени, и, наконец-то, не будет иметь значения – кто был первыми, кто – последними. Все – в одинаковых каплях дождя – здесь уже нет, ни тебя, ни его, ни меня,только общее бремя спасения.

memoriam (нестишог)

2009-09-15T09:30:56Z

Дэн на кухне общежития моет посуду, я захожу туда, и вижу его, склонившегося над раковиной, давно не встречались, но он все такой же, ничуть не изменился -- невысокий, худой, голова с русыми волосами – немного короче чем у Кобейна -- наклонена влево. -- С днем рождения, Дэн, желаю тебе всего самого наилучшего, здоровья, счастья, чтобы у тебя появились дети, сын и дочка… Он поворачивается от раковины и смотрит на меня, улыбаясь. Так улыбаться может только он – углы рта немного поджаты, и левая часть буквально на миллиметр выше правой. В этой улыбке одновременно и благодарность за поздравление, и небольшая насмешка, будто я о чем-то забыл, например, о том, что день рождения вовсе не сегодня, и какой-то укор, но такой незлобивый, словно напоминание, крестик на ладони, пометка на календаре. Глядя на его улыбку, я пытаюсь вспомнить, что же такое я все-таки забыл, догадаться… -- И, конечно, желаю тебе, написать роман, самый лучший роман в истории… и просыпаюсь, понимая, наконец, что же было в той улыбке. Дениса нет среди живых уже восемь лет ни здоровья, ни самого наилучшего, ни сына, ни дочки, насчет романа – может он его пишет (или уже написал) там? Да и день рождения его не в этот день, я точно помню, что по знаку зодиака он Рыба, как и и Курт Кобейн, а сейчас конец августа.

fallen in...

2009-09-04T03:09:29Z

Все, кого я когда-то любил, и кто, может быть, любил меня,
Пытались оставить свои следы -- родимые пятна, знаки огня,
Но время – достойный учитель воды -- смывает все ласково и любя.
Стирает песчинками любое клеймо и шрам,
если, конечно, ему не мешать
-- слезами
-- и не жалеть себя.

Все, на кого когда-то смотрел, и кто на меня, может быть, смотрел,
Так и остались лишь в виде тел, симпатичных, порой, физических тел.
«Да как ты посмел», -- скажут они, --«мы же с тобой мечтали таких понаделать дел,
если б могли». Ну и что с того? Ведь не сошлось, а все эти взгляды – царапины на душе,
Нам, толстокожим, как в обшивке «Титаника» гвоздь,
Царапина бритвой ночью длинных ножей,
Как в списке погибших в бою подпоручик Киже.
Ложь это – все, кто был рядом, кого любил,
Оставили все-таки знаки -- царапины, синяки,
Улыбки, слова, поцелуи, запахи сигарет,
Линии темных улиц, пародии на стихи,
И, главное, свет, такой ясный свет, идущий от всех,
Кто был рядом, кого любил…

kultya @ 2009-08-31T10:13:00

2009-08-31T06:14:45Z

Пить пока пьется, и бегать - пока несут ноги,
И, словно солнце, вставать поутру на востоке,
Западе, севере, юге – не так уж и важно,
Все относительно -- нет в мире правды сермяжной,
Нет ни атласной, ни шелковой, не крепдешиновой даже.
Есть лишь одна пустота – редко голая, чаще в плюмаже,
Только она заполняет сердца, сочиняет слова, расставляет ловушки,
Заставляет бороться хрен знает за что, за одну только фразу «ты все-таки круче»,
Так не скажет никто, а доказывать всем, что хоть в чем-то ты лучший,
Будет каждый, пусть занятие это бесцельней, чем все остальные:
Сбор камней, ловля блох, поиск правд в провонявших полынью
степях, подбор слов, игра в бисер и мяч, и в улыбки кривые,
попытки остаться жить в снах, но будильники как часовые, звенят по утрам –
всё, она, пустота, актриса одна, просто в разном приходит к нам гриме.

kultya @ 2009-08-27T10:39:00

2009-08-27T06:44:36Z

В моем распоряжении тридцать три буквы, несколько тысяч слов и пара сотен рифм,
И я умываю руки, потому что лучше молчать, потому что уже привык.
и пытаться изменить мир, который видел всё и всё пережил,так же глупо,
как кричать в пустоту твое имя не жалея ни глотки, ни сил.
Подо мной пустота, она надо мной и вокруг – расставляет свои силки,
И ей все равно -- бомж ты, Цезарь ли, Брут, мягок, податлив, тревожен, груб --
Любые она растерзает виски. Будь ты хоть царь царей или самый жестокий
и низкий злодей, вдруг опустится занавес, и тут уж жалей не жалей,
что не создал строки всех важней, не придумал катрен,
не замкнул этот круг, хотя обладал сотней рифм, тысячей слов и десятками букв.

здрасьте эта я

2009-07-31T04:33:52Z

с постоянством метронома наступаю на одни и те же грабли,
перебирая в кармане металлические рубли.
а мог бы кататься на собственной яхте,
если б учился на своих ошибках, обязательно пил шабли
года шестьдесят восьмого.
правда, что яхта, что автомобиль – удовольствия никакого,
тем более когда в крови, только стремление множить сущности,
коллекционировать пустоты и разделять нули.

Не в яхтах жизнь и далеко не в шабли, просто,
Если б учился на своих ошибках, давно уже слетал в космос,
Исследовал океаны, забил самые красивые голы,
Снял лучшие фильмы, музыку сочинил к ним.
Как Паваротти бы пел, умел все как Андрей Саныч Бахметьев
Сделал бы еще миллион дел, но все это блажь, лень. Эти
Слова любой лентяй повторял на протяжении столетий,
И каждый лузер так теребит свои раны. Поэтому я
с уверенностью барана в очередной раз штурмую давно не новые ворота,
одни и те же читаю главы, знакомые напитки глушу до рвоты.
Во всех этих конкурсах и суматохах есть у меня одна отговорка --
если бы учился на своих ошибках, то был бы не я, а другой кто-то.

И этот счастливчик летел бы в космос на белоснежной собственной яхте
Только, думаю, совсем не просто тюбик шабли смешивать с арией из «Травиаты».

kultya @ 2009-07-24T11:36:00

2009-07-24T07:36:38Z

Других любили, им пели песни, водили в клубы, тискали в подъезде,
сомневались сами в себе, перебирали чужие губы, и думали,
думали, думали, что все еще впереди, что все еще только будет,
Копили силы, складировали информацию, готовились к делу,
Большому, важному, но пока неясному. Впечатления собирали,
заполняли tabula rasa чужими мыслями, проверенными мнениями,
что нам еще оставалось делать в семнадцать, когда впереди
бесконечность дорог и океан времени.

О будущем знали только то, что оно обязательно будет,
И будет -- нашим, чистым и светлым, как небо, то самое небо из детства,
Позже придет пора выбиваться в люди, кредиты брать или жить по средствам,
Решать вопросы, становится большим, ответственным, взрослым
Забывать, в общем, о том самом важном деле, волосы терять, стирать знания, от которых только печали, делать вид, что так и должно быть, что об этом мы и мечтали…

невероятная история господина А. и госпожи О.

2009-07-22T04:26:29Z

Эта загадочная история не дает мне покоя вот уже несколько дней. Я не могу спать, потому что как только закрываю глаза, меня тотчас охватывает страх неразрешенной и, видимо, неразрешимой тайны. Приходится вставать, заваривать чай, бродить с кружкой по комнате и размышлять над загадочными событиями, произошедшими в доме господина А. и госпожи О.
Я не могу есть, потому что кусок не лезет в горло пока не найден ответ, что же все-таки случилось тогда в самой маленькой комнате дома господина А. и госпожи Б. Я перестал ходить на работу, потому что все время думаю о том мистическом происшествии, которое, словно раковая опухоль, гложет меня изнутри, завораживает своей неотвратимостью, поражает четкой работой неведомого механизма, до поры до времени мирно существующего в параллельном измерении, пока невидимые нити не привели эту страшную машину в движение. И вот закрутились шестеренки, заскрипели заржавевшие за века зубчатые колеса, задвигались маятники и открылись ворота, державшие в другом мире все необъяснимое ни наукой, ни разумом, ни логикой.

Эта загадочная история произошла в обычный, на первый взгляд, день. Утром господин А. и госпожа О. как всегда, проснулись, умылись, позавтракали и в хорошем настроении (тут, желай я вставить какую-нибудь умную мысль, я бы обязательно вспомнил Венедикта Ерофеева с его удивительно точным наблюдением : «Я вообще замечаю: если человеку по утрам бывает скверно, а вечером он полон замыслов, и грез, и усилий - он очень дурной, этот человек. Утром плохо, вечером хорошо - верный признак дурного человека. Вот уж если наоборот - если по утрам человек бодрится и весь в надеждах, а к вечеру его одолевает изнеможение - это уж точно человек дрянь, деляга и посредственность. Гадок мне этот человек. Не знаю, как вам, а мне гадок». Жаль, конечно, что это наблюдение ни к истории, ни к господину А. и госпоже Б. не имеет никакого отношения).

И позавтракав, отправились в каждый в свой офис. Вечером, опять же, как обычно, господин и госпожа вернулись в свой дом и сразу заподозрили что-то неладное. Неладным был запах, то есть не то чтобы неладным, а просто неприятным, ну знаете, бывает идешь жарким полуднем по берегу Черного моря и стоит немного удалиться в сторону от главного пляжа, как это неприятный запах становится все настойчивее, а мухи все громче и злее. Тот же самый запах встретил вечером господина А. и госпожу Б. Источник запаха был обнаружен опытным путем без промедления – попахивало из той самой маленькой комнаты, именуемой иностранцами ватерклозетом.

Кто же мог сотворить такое в отсутствие хозяев дома? Ведь железная дверь, английский замок и сигнализация не позволили бы злоумышленнику пробраться в дом господина А. и госпожи Б. обычным путем. Вопросы, вопросы, вопросы. Впрочем, будь я до конца логичен, я бы остановился на прозаической версии, что все, произошедшее в маленькой комнате – дел рук, точнее, не совсем рук, а той части тела, из которой порой руки растут, самого господина А. Ведь господин А. пришел в тот день домой пораньше госпожи О. и несколько навеселе, не знаю, сколько кружек пива и граммов водки попало в его желудок, но госпожа О. нашла своего супруга в тот вечер мирно спящим на полу. Да, если бы я был прозаичен и предсказуем, я бы решил что вся эта история бессознательно заварена самими господином А. Но дело в том, что я верю господину А. как самому себе, даже больше, чем самому себе. А господин А. уверяет, что он не мог сделать грязное дело в маленькой комнате по одной простой причине, потому что он не мог сделать и не смыть за собой. Такая уж у господина А. тонкая натура и хорошие манеры, что не мог и все. Господину А, как я уже говорил, я верю, технически злоумышленник не мог пробраться в дом, наложить там и уйти, закрыв за собой дверь. Остается одно – все произошедшее в тот день в доме господина А. и госпожи Б. – дело настолько темное и не укладывающееся в обычный ход вещей, что совершить его обычный человек не мог. Кто заправлял всей этой историей – демоны, колдуны, или вырвавшиеся наружу темные силы, мне пока неизвестно. Я не смогу заснуть, пока не докопаюсь до истины. И, самое главное, мне страшно не за себя, а за господина А. и госпожу Б. Раз уж необъяснимое пометило их дом, то наверняка вернется, потому что уже проторило дорожку в этот мир, к глубоому сожалениею, именно через дом близких мне людей. Я боюсь что следующее возвращение неведомой, но недоброжелательной, силы будет еще более страшным, еще более черным, зловещим и зловонным чем первое.

тем, кто вернулся и скоро вернется в столицу

2009-07-15T03:33:58Z

Июль, пять дней до середины лета, редко стучат каблуки по выщербленному асфальту,
Рядом друзья, завтра уезжают, молчу, потому что не знаю, что им сказать на прощание.
Прощание – плохая игра, с минимальными шансами на победу, поэтому в очередной раз сделаем вид, что никто, никуда, никогда не уедет. Просто разойдемся по домам, будто завтра встретимся снова, и, пожалуйста, умоляю, никаких вздохов, ни одного грустного слова…

Жара, пот течет ручьем, хотя солнце давно уже скрылось за горизонтом,
Веселые шутки, разговоры ни о чем, потому что не бывает прощаний надолго.
Внутри, свернувшись калачиком, спят слова, которые так и не выйдут наружу,
Зачем говорить, если кожей чувствуем, что каждый здесь каждому очень нужен.

kultya @ 2009-06-30T10:17:00

2009-06-30T06:18:48Z

Счастливый билет, жара, тетя в трамвае пела
Услышал песни слова, потому и не дал ей денег.
Звонкий бардовский голос, на череп улыбка натянута,
Тряслась ее голова в такт с кострами-туманами.

Ой, изгибы вы мои желтые,
Как же здорово, что все мы здесь,
Как же здорово…

И летел ее голос как хромая птица,
Как пущенный камень в трамвайное стекло,
И если бы она могла заткнуться, могла остановиться,
Это бы помогло….

Но тетя все для себя решила и положила на пассажиров,
дребезжали струны, скрипели двери, остановки летели,
как огромные с крыльями звери, а тетя всё пела
Про тайгу и медведей, про лыжи у печки, про костерок
И про чайник, на котором шумит свисток…

Милая моя, за туманами еду я
и с осколками неба беседую,
И потрескивает костерок.
Догорает в нем шестиструнная,
Освещая мне ночь безлунную,
А с тобой бы, мой мусорок,
Я бы точно рамсы попутала
И шалавою стала распутною.
Ой, бля, что-то пою не то.

емптити

2009-06-26T07:48:00Z

Собери все слова и расплющь их, разбей об меня,
Чтобы я отравился словами, ими блевал,
Разливая озера из букв на щербатый асфальт.
И опять забывал, кто же из нас виноват.
А потом, наконец, замолчал бы, выбросил белый флаг,
И молчал до тех пор, пока не узнал цену слов.
То есть молчал всегда. Ждал бы, пока пустота
Не заговорит сама, не расскажет кто она, и когда
Началось и закончится все, и как это произошло,
Или только произойдет…

Просто стоял бы и ждал, и превращался в песок, а пустота, как всегда,
Сделает наоборот, будет с ухмылкой молчать, болью давить висок,
И какой бы тебе нЕ дали мойры срок -- всех нас переживет.

Gaudeamus

2009-06-15T06:35:11Z

Давайте радоваться, давайте радоваться, давайте радоваться, пока живем,

Июнь упрямо стучит по ягодицам, по нашим ягодицам глухим дождем,

И громы-гаубицы, и капли катятся, и люди валятся, а мы идем

По сторонам стараясь не оглядываться, не оборачиваться на звук имен.

Все делай правильно, шагай уверенно и скулы твердые не расслабляй,

Те, кто упали – в прошедшем времени, им гарантирована дорога в рай.

Мы будем радоваться, да будем радоваться, в грязи поскальзываться, опять вставать,

И ради символов жертвовать жизнями, чужим идеям кричать «ура».

Не дай бог мысли, не дай сомнения, не надо разума – все это нам

Мешает радоваться и жить уверенно, мешает верить чужим словам.

Мы хотим радоваться, мы хотим радоваться и будем радоваться, нам все равно,

И пусть нет разницы, да, пусть нет разницы – ее и не было со всех сторон,

Знамена, лозунги, слова и праздники, дороги в рай все кругом вранье.

adam&eve

2009-06-08T03:18:22Z

Забудем все имена, буквы, слова, как говорить и писать, кто, черт возьми, виноват, и начнем все сначала, с пустого листа, чистого, как тот самый сад, что пытаемся мы забыть. Руки друг друга сожмём, сделаем вид, что это был сон, долгий счастливый сон, а теперь пора жить – на огромной земле вдвоем, времена ворошить мы не будем – вряд ли в них что найдем, а найдем – так забудем, как и все имена, буквы, слова…

red hot

2009-06-03T06:39:50Z

В город пришла жара – холодного пива меньше, порой вовсе нет – пользуется спросом,

Загорелые выпуклости приятных женщин снуют перед носом.

Лавочки оккупированы с раннего утра компаниями разного возраста и пола

Что поделаешь – днем жара, а по жаре бухать некайфово.

Жидкий асфальт, липкие тела, бесконечные очереди за квасом,

Вот такие, дружище, творятся у нас дела, так что давай, скорей возвращайся.

Мы то знаем, как пережить жару и где достать самое холодное пиво,

Вот только делать это одному – совсем бессмысленно и грустно невыносимо.

herznaetchto

2009-05-26T04:30:59Z

Чертовы строки, странные письмена,

Время, дороги, ошибки оставляют нам

Знаки – на руках и на лбу, и в уголках глаз

Да поди разберись – меж бровей борозда,

Или в зрачке сосуд – что они говорят,

говорят кому?

Длинные-длинные ночи и бестолковые дни –

Мы ли живем для них, или для нас - они?

Разницы знакам нет, что собирать в пыли

Мысли, слова, ответы, горести и рубли,

Радости, ветры, плачи, пламени и снега

Главное -- обозначить, определить врага.